Недавний недружественный демарш со стороны киргизского руководства, которое приняло решение сохранить американское военное присутствие в стране, вопреки прежним обещаниям, легко обменяли свои обязательства перед Россией по курсу, установленному Вашингтоном ($170 млн), можно охарактеризовать как двоякую и противоречивую.
Мы не только выделили киргизам кредит на сумму около $2 млрд, но еще и предоставили помощь на $150 млн. и ничего не смогли получить взамен. При этом мы в своем «безмятежном» стиле ухитрились все это никак не обусловить соответствующими пунктами соглашения. Формальные уступки со стороны американцев мы все же получили (охранять базу будут киргизские военные, а не американцы, то же самое касается технического персонала и т. д.). Но интерес России в том, чтобы в Киргизии не было военной базы. И не только в Киргизии. Потому, как если бы американцы были полностью вытеснены оттуда, они, несомненно, искали бы компромиссы в других странах. Усилилось бы их давление на Таджикистан, появилась бы возможность игры с Узбекистаном. Но есть ли долгосрочная политика, чтобы вытеснить США из «своего подбрюшья»?
Ринувшись на помощь сомнительным авантюрам американцев в 2001–2002 годах и вооружив отвергнутый большинством населения страны так называемый Северный альянс, приведший американскую армию на афганскую землю, Россия смирилась с тем, что западные «союзники» отодвинули ее от всяких форм внятных отношений с Афганистаном. При этом, мягко говоря, «парадоксом» российской афганской политики является тот факт, что, создавая на протяжении десятилетий эту самую политику, воспитывая и образовывая огромное количество людей из образованного афганского слоя, имея одну из лучших школ афганистики в мире, РФ заняла пассивную позицию по отношению к Афганистану.
Российское политическое руководство будет продолжать оставаться жертвой неопределенности собственной позиции, в том числе и по поводу присутствия американских военных в Афганистане. «Если НАТО потерпит фиаско, России и ее партнерам придется воевать против экстремистов в Афганистане», – заявил накануне последнего саммита НАТО в интервью Le Monde постпред России в НАТО Дмитрий Рогозин. Из этих слов волей-неволей напрашивается вывод, что России не остается ничего иного, как активно поддерживать стратегию Альянса в Афганистане. Иначе – неминуемый «второй Афган». Вот такое нас ждет «светлое будущее». Одновременно российские политики и дипломаты неоднократно высказывали сомнение в том, что целью американских военных действительно является борьба с талибами и мирное урегулирование в Афганистане. Резко возросший за годы военного присутствия США наркотрафик, вкупе с перманентной военно-политической нестабильностью в Афганистане является красноречивым аргументом в пользу такой точки зрения. При этом политические манипуляторы на постсоветском пространстве пользуются противоречивостью позиции Москвы, чтобы обосновать сохранение военного присутствия США в Средней Азии по принципу «А чего вы так кипятитесь по поводу базы в Манасе: Россия ведь поддерживает операцию НАТО против талибов в Афганистане и, более того, сама осуществляет транзит невоенных грузов для коалиции?!».
При этом мы сами продолжаем предоставлять свои транзитные услуги НАТО. Официально речь идет о невоенных грузах, но мы их и не досматриваем, потом, что значит «невоенные грузы»? При этом мы хотели бы единолично контролировать канал переброски грузов в Афганистан (потому что в случае изменения обстоятельств мы могли бы его эффективно перекрыть). Но, вступая в контакт с НАТО по этому вопросу, мы автоматически легитимируем на уровне риторики право других государств (в частности в Средней Азии) делать то же самое.
Конечно, по «дипломатическому этикету» мы не могли в договоре о предоставлении кредита официально афишировать свои желания и цели российской внешней политики в Средней Азии. Но влиять на ситуацию в регионе, обосновать свое нежелание видеть военных США в Киргизии, мы вполне бы могли, включив в формулировки любых соглашений о предоставлении денежного кредита или прочих услугах, оказываемых РФ, пункты, которые позволяют России в одностороннем порядке изменять условия соглашения (например, сроки погашения кредита, возможность разбивать его на мелкие транши и т. д.). То есть противная сторона не должна быть уверена в том, что после заключения такого соглашения оно будет выполнено вне зависимости от ее собственного дальнейшего поведения. Наконец, для того, чтобы в будущем избегать подобных эксцессов, действовать нужно по принципу «Утром вывод американской военной базы, а вечером российский кредит, помощь в строительстве АЭС и т. д.». А не наоборот…
В стратегии выигрывает тот, кто устанавливает правила, и первый же их и нарушает. На сегодня мы всегда делаем вторичные шаги, что заведомо является проигрышной позицией. Посмотрите на Украину, во что ее превратили вашингтонские выкормыши. А стоило бы обратить внимание на пророссийские политические движения. И если таких нет, то их нужно создавать. И не только в Средней Азии (где пышно цветут проамериканские НКО), но и на Украине, в Молдавии. Везде. Хоть в той же Мексике. Но это невозможно, поскольку позиция политического руководства РФ так и не была сформулирована, идеологически она лишь копирует некие «западные ценности», да и то, лишь в плане распространения либерального монетаризма, что полностью отражает мышление российской элиты, которая сегодня позорно выбрала наименее успешного чиновника Зурабова на один из наиболее ответственных для России посольских постов – на Украине. Как писал наш «лучший друг» Бжезинский: «Без Украины реставрация (Российской) империи, будь то на основе СНГ или на базе евразийства, стала бы нежизнеспособным делом». И в этом смысле назначение г-на Зурабова послом в Киев может вполне устроить американскую дипломатию на Украине.
Зато сегодня российские налогоплательщики компенсируют буйство прорумынских сил в Молдавии, предоставив Кишиневу грант в размере $20 млн на восстановление разгромленных в ходе поствыборных событий 7 апреля зданий парламента и президентуры. Об этом заявил 24 июня на пресс-конференции в Кишиневе выступающий в качестве президента Молдавии лидер Партии коммунистов Владимир Воронин.
По его словам, «визит в Москву стал подтверждением борьбы Молдавии за стабильность и экономический суверенитет». «Друг познается в беде», - добавил коммунист Воронин. Это так, но где проявления дружбы по отношению к России?
Если уж до этого президент Молдавии открыто заявляет о том, что к недавним беспорядкам в столице Молдавии была причастна страна Евросоюза Румыния, то почему он не обратился о компенсации убытков в Брюссель, а не Москву? А если уж последняя Воронину во всех смыслах ближе, то, спрашивается, не хотел бы он тогда сделать первый реальный, а не декларативный шаг навстречу и все-таки принять российский «план Козака» по урегулированию приднестровского конфликта, который был им отвергнут несколько лет назад по «настойчивой рекомендации» того самого Брюсселя, который Воронин сейчас не хотел бы утруждать своими финансовыми просьбами? Нет, судя по всему, он просто не видит в этом необходимости — Россия и так даст денег без всяких предварительных условий. А о том, что делать потом, ему расскажет Курманбек Бакиев. Которому не увязали предоставление кредита с ответными желаемыми политическими действиями. А пока – сплошной альтруизм…
Между тем, власти ЕС убедительно демонстрируют, как можно поддерживать своих потенциальных партнеров в прагматическом, а не только в сугубо альтруистическом ключе. Когда Лукашенко обратился к Евросоюзу с просьбой о предоставлении стабилизационного кредита, в Минск приехала еврокомиссар по внешней политике Бенита Ферреро-Вальднер и привезла «для затравки» всего $10 млн из запрошенного Лукашенко $1 млрд. После чего на пресс-конференции после переговоров более чем прозрачно намекнула на то, что оставшееся Минск получит, если выполнит целый ряд предварительных условий ЕС, которые касаются либерализации политической системы страны и перехода контроля над ключевыми объектами белорусской экономики в пользу структур, аффилированных с органами ЕС. На этом фоне, США очень хотят разоружить Россию.
Как и следовало ожидать, США ответили категорическим отказом на предложение «увязать готовность России сократить ядерные боезаряды и носители с отказом Вашингтона от размещения ПРО. И ничего неожиданного в этом заявлении – отказ от глобальной ПРО, чем Дмитрий Медведев обусловил согласие Москвы на радикальные сокращения российских СНВ, явно не входит в планы Вашингтона.
Вполне вероятно, что уже к 2013 году США будут иметь полномасштабную систему ПРО, которая будет гарантировать им парирование сравнительно небольшого числа боевых блоков – тем более если они будут выпущены не одновременно и не массированно и не будут сопровождены нужным количеством ложных целей... Может статься, что к 2015 году мы будем иметь примерно 250 ракет, причем с учетом той самой «Булавы», которая не получается. А возможности американской ПРО к этому времени уже будут превышать парирование 300 наших боевых блоков».
Сейчас договор СНВ-1 (срок действия которого истекает в декабре текущего года) ограничивает предельные ядерные арсеналы каждой из сторон 6000 ядерными боезарядами и 1600 их носителями. Но при этом Россия – из-за экономии денег в предыдущие полтора десятилетия и последовавшей за этим деградацией военно-промышленного комплекса – уже опустилась существенно ниже этого порога. А тут Штаты предлагают еще нам разоружиться – пускай совместно – до еще меньшего порога. И дело ту не в том, что США просто «боятся потерять лицо, пойдя на уступки России». Это продуманная тактика.
Как сказал на днях член-корреспондент Академии военных наук Виктор Ковалев, «еще в 1970-80-е годы в Академии наук СССР было подмечено, что существует некая предельно допустимая нижняя граница сокращений, переступать которую нельзя». «И дело не только в том, что резкое сокращение ядерных сил может привести к вполне очевидной утрате потенциала сдерживания. В радикальном сокращении стратегических ядерных сил, заходящем за «запретную» черту, есть и неожиданный, неочевидный эффект. В результате такого сокращения мы можем получить ядерные силы, которые в ответных действиях не обеспечивают сдерживающего эффекта».
А вот в упреждающих действиях наоборот – обеспечивают. А это, по сути, провоцирует стороны к превентивному удару… И получается, что стратегические ядерные силы, подвергшиеся таким радикальным сокращениям, просто-напросто дестабилизируют ситуацию. И вот мы сейчас на всех парах мчимся как раз к таким стратегическим ядерным силам, которые будут лишь дестабилизировать ситуацию».
Пока никакой более-менее стоящей информации с третьего раунда российско-американских переговоров по СНВ, стартовавших два дня назад в Женеве, не поступало. Да и вряд ли что-то прояснится в ближайшее время – стороны, как никогда прежде, держат в тайне то, что обсуждают и о чем договариваются.
В стратегии выигрывает тот, кто устанавливает правила, а не отступает сделав один шаг вперед и два шага назад…
Мартин Мартинис
Информационно-аналитический портал «Геополитика»
www.geopolitica.ru/Articles/647/
